|
Лодки и моторы в вопросах и ответах
Правила общения в форуме
|
Прежде чем задать вопрос!
Как правильно задавать вопросы в форуме и пользоваться материалами сайта. |
|
| Московское время 09:41:26 | Ваше локальное время
| Владивостокское время 16:41:26 |
|
Автор: OldFox (---.ukr.net)
Дата: 24-04-04 01:40
Вот такое повествование :))
БУЙ
Безобразно и нагло светило солнце; крупные капли росы собирались на ракетной палубе в сытые, лоснящиеся лужи; отвратительная голубизна призрачной дали рождала в душе гнуснее желание побывать наконец-таки в отпуске, а воспаленное воображение рисовало одну картину омерзительнее другой.
Родное подводное «железо», битком набитое послед-ними судорогами отечественного гения, и естественные прелести короткого выхода на подтверждение курсовой задачи, с чудесами нашей флотской организации, не вносили существенной коррективы в жгучее желание опуститься на четвереньки и кого-нибудь забодать.
Утренняя свежесть по-хамски будила, а загрязненный отрицательными ионами воздух казался скользким, как банка тушенки.
Самолет. Мимо пролетел чей-то самолет, жадно объятый солнцем, и накидал вокруг какую-то дрянь. Лодка вильнула, одну эту штуку заарканили и втащили на борт.
- Связиста и начальника радиотехнической службы наверх, — сказал командир. Команда поскакалавниз, и на палубу вскоре нервно выполз связист, а за ним и начальник РТС. Вместе о>ни признали в заарканенной штуке радиобуй.
— Американский?—спросил командир.
— Так точно! — был ему ответ, а вокруг уже теснились чудо-любители повыкусывать с бокорезами и мялись от огромного желания раскурочить врага.
Командир кивнул, и любители загалдели, обступив заграничный подарок. И тут вое услышали тикание. Стало тихо.
— Чего это он? — спросил командир.
— Товарищ командир, лучше не вскрывать, — сказал начальник РТС, — это, наверное, самоликвидатор.
У любителей повыкусывать желание разобраться с врагом съежилось до размеров висячей родинки.
— Может, пихнуть его в попку — и пусть плавает?
— Товарищ командир, если его не вскрывать, его можно хоть год спокойно возить.
— Мда?
- Да.
— Ладно, привезем в базу и разберемся.
— Товарищ командир, — вспомнил тут связист, -у них там диктофон стоит и все передает на Штаты.
— Мда?
- Да.
— Тогда все вниз!
Наверху задержался только командир. Он подождал, пока все исчезли, и нагнулся к тому месту, где, по его мнению, должен был быть диктофон.
— Слышь меня, ты, вонючий американский козел, распуши там свои локаторы! Так вот, красную, облупленную культяпку вам всем на воротник в чугунном исполнении от советской власти!— и дальше полилось такое, такое лихое-оберточное, что покоробило бы терпеливую бумагу, уши у неподготовленных свернулись бы в трубочку и сами бы сунулись в соответствующее место.
Командир увлекся, лил не переставая, в самозабвении приседал, показывал руками, дополнял, на пальцах, засовывал их себе в рот, чмокал и вкусно облизывал. При этом лицо его светилось жизнью и каким-то радостным задором. Одним словом, жило, пульсировало, существовало.
Когда буй привезли в базу, то оказалось, что это наш буй.
(с) А.Покровский
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Энди Крым (---.128.prov.ru)
Дата: 24-04-04 02:13
Замечательная трава!
Я аж светился от наслаждения! Кайф. просто суппер кайф!
Как человека проняло!
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: OldFox (---.ukr.net)
Дата: 24-04-04 02:44
А вот это?
КУВАЛДОМЕТР
— Смирно!
— Вольно!
В центральный пост атомного ракетоносца, ставший тесным от собранных командиров боевых частей, решительно врывается комдив, на его пути все расступаются.
Подводная лодка сдает задачу номер два. Море, подводное положение, командиры и начальники собраны на разбор задачи, сейчас будет раздача слонов и пряников.
Комдив — сын героя. Про него говорят: «Сын героя— сам герой!» Поджарый, нервный, быстрый, злющий, «хамло трамвайное». Когда он вызывает к себе подчиненных, у тех начинается приступ трусости. «Разрешите?» — открывают они дверь каюты комдива; открывают, но не переступают, потому что навстречу может полететь бронзовая пепельница и в это время самое главное — быстро закрыть дверь; пепельница врезается в нее, как ядро, теперь можно открывать — теперь ничего не прилетит. Комдив кидается, потому что «сын героя».
— Та-ак! Все собраны? — комдив не в духе, он резко поворачивается на каблуках и охватывает всех быстрым, злым взглядом.
— Товарищ комдив! — к нему протискивается штур* ман с каким-то журналом. — Вот!
Комдив смотрит в журнал, багровеет и орег:
— Вы что? Опупели?! Чем вы думаете? Головой? Жопой? Турецким седлом?!
После этого он бросает журнал штурману в рожу. Рожа у штурмана большая, и сам он большой, не промахнешься; журнал не закрывает ее даже наполовину, стукается и отлетает. Штурман, отшатнувшись, столбенеет, «опупел», но ровно на одну секунду, потом происходит непредвиденное, потом происходит свист, и комдив, «сын героя», получив в лобешник (в лоб, значить) штурманским кувалдометром (кулачком, значить), взлетает в воздух и падает в командирское кресло, и крес-ло при этом разваливается: отваливается спинка и под-локотник.
Оцепенело. Комдив лежит... с ангельским выражением... с остановившимися открытыми глазами... смотрит в потолок... рот полуоткрыт... «Буль, буль, буль», — за бортом булькает дырявая цистерна главного балласта... Ти-хо, как перед отпеванием; все стоят, молчат, смот-рят, до того потерялись, что даже глаза комдиву закрыть некому; тяжко... Но вот лицо у комдива вдруг-шевельнулось, дрогнуло, покосилось, где-то у уха пробежала судорога, глаза затеплели, получился первый вдох, который сразу срезонировал в окружающих: они тоже вдыхают; покашливает зам: горло перехватило. Комдив медленно приподнимается, осторожно садится, бережно берет лицо в ладони, подержал, трет лицо, говорит: «Мда-а-а...», думает, после чего находит глазами командира и говорит: «Доклад переносится на 21 час... помогите мне...», — и ему, некогда такому поджарому и быстрому, помогают, под руки, остальные провожают взглядами. На трапе он чуть-чуть шумно не поскользнулся: все вздрагивают, дергают головами, наконец он исчезает; командование корабля, не подает ни одной команды, тоже; офицеры, постояв для приличия секун» ду-д-ругую, расходятся по одному; наступает мирная, сельская тишина...
Нет-нет-нет, штурману ничего не было, и задача была сдана с оценкой «хорошо».
(с) А.Покровский
Ещё? :))))))))
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: OldFox (---.ukr.net)
Дата: 24-04-04 03:54
Вот еще...
МУКИ КОРОВИНА
Старпом Коровин был известен как существо дикое, грубое и неотесанное. Огромный, сильный как мамонт, к офицерам он обращался только по фамилии и только с добавлением слов «козел вонючий».
— Ну ты, — говорил он, — козел вонючий! — И офицер понимал, что он провинился.
Когда у офицерского состава терпение все вышло, он — офицерский состав — поплакался замполиту.
- Владим Сергеич! — начал замполит, — народ... то есть люди вас не понимают, то ли вы их оскорбляете, то ли что? И что это вы за слова такие находите? У нас на флоте давно сложилась практика обращения друг к другу по имени-отчеству. Вот и общайтесь...
Старпом ушел черный и обиженный. Двое суток он ломал себя, ходил по притихшему кораблю и, наконец, доломав, упал в центральном в командирское кресло. Обида все еще покусывала его за ласты, но в общем он был готов начать новую жизнь.
Вняв внушениям зама, старпом принял решение пообщаться. Он сел в кресло поудобней, оглянулся на сразу уткнувшиеся головы и бодро схватил график нарядов.
Первой фамилией, попавшейся ему на глаза, была фамилия Петрова. Рядом с фамилией гнездились инициалы — В. И.
- Так, Петрова в центральный пост! — откинулся в кресле старпом.
- Старший лейтенант Петров по вашему приказанию прибыл!
Старпом разглядывал Петрова секунд пять, начиная с ботинок, потом он сделал себе доброе лицо и ласково, тихо спросил:
— Ну... как жизнь... Володя?
— Да... я вообще-то не Володя... я — Вася... вообще-то...
В центральном стало тихо, у всех нашлись дела. Посеревший старпом взял себя в руки, втянул на лицо сбежавшую было улыбку, шепнул про себя: «Курва лагерная» — и ласково продолжил:
— Ну, а дела твои как... как дела... И-ваныч!
— Да я вообще-то не Иваныч, я — Игнатьич... во-обще-то...
— Во-обще-то-о, — припадая грудью к коленям, зашипел потерявший терпенье старпом, вытянувшись как вертишейка, — коз-з-зел вонючий, пош-шел вон отсюда, жопа сраная...
(с) А.Покровский
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: OldFox (---.ukr.net)
Дата: 25-04-04 20:13
ЗЫ-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!!!!!!!!!!!!!
СОСТОЯНИЕ ЕСТЕСТВА
«Все пропьем, но флот не опозорим!»
— Да... был у нас один... непьющий... вообще ничего не пил совершенно... из партии исключили... он думал, что все тут — как в газетах... ну и от несоответствия совсем... одичал... командир его как вызовет на профилактику... так он выходил от него, и его тошнило... аллергия у него была... на командира... отказался с ним в автономку идти... ну и выгнали его... а что делать...
Твердые, как дерево; обветренные, как скалы; пьют все, что горит, после чего любят бешено все, что шеве-лится.
Белая ночь, розовая вода, тишь. По заливу медленно маневрирует тральщик. Гладь. На мостике три вытянувшиеся, остекленевшие рожи (по три стакана в каждой). В глазах — синь. Воздух хрустальный. Баклан пытается сесть на флагшток. Мегафон в его сторону, и с поворота:
— Ты куда-al Ку-да! Та-кой-то и такой-то рас-ку-ро-чен-ный па-пу-а-с!!
По рейду: «...ас ...ас ...ас...»
С испугу баклан срывается и, хлопая крыльями, летит. Вслед ему на весь залив:
— Вот так и лети... ле-ти... к та-кой-то ма-те-ри!!!
Комбриг перед строем, в подпитии, фуражка на глаза, чтоб никто не заметил. Из него факел метра на полтора. Покачиваясь, сложив губы дудочкой, примеряясь:
— Ну-у... Кто у на-с за-ле-тел?.. се... дня...
— Да вот, Плоскостопов...
— Плос-кос-то-пов! (Тыча пальцем.) Обрубок вы... а не офицер...
- Товарищ командир, тут вот телефонограмма для вас.
Командир слегка не в себе, старательно не дыша!
— А выбрось ее... сь... сь...
— А? Что вы сказали, товарищ командир, куда? — дежурный склоняется от усердия.
— Выб-рось ее к-к-к... х-хе-рам...
На офицерском собрании:
— ...И далее. Лейтенаит Кузин привел себя в состояние полной непотребности и в этом состоянии вошел сквозь витрину прилавка магазина готового платья и псем стоячим манекенам задрал платья, после чего он вытащил свой...
Комдив, прерывая докладчика:
— Лейтенант... Лейтенант встал.
— Вы что, не можете себе бабу найти?!.
— Что?! Опять?! И уписался?!. Где он лежит?!. Так... ясно... струя кардинала, почерк австрийский...
— Пол-ный впе-ред!
— Так... товарищ командир, пирс же...
•— Я те что?! Я те что, клозет тя поглоти?! Полный... Т-та-х!!!
— На-зад... Отдать носовой...
На пирсе строй полупьяных со вчерашнего матросов. Отмечали приказ. Перед ними замполит: два метра и кулаки слава Богу, с голову шахматиста. Зам проводит индивидуальную беседу со всем строем одновременно:
— Я уже задрался идти вам навстречу!!! Облупился... весь! Ноги отстегиваются! Куда ни поцелуй моряка, везде жопа! Ублюдки! Рокло! Салаги! Карасьва! (Волосатый кулак под нос.) Вот вам, суки, и вся политработа! Всем понюхать!
Все по-нюхали. Пожалуй, всё... а теперь на горшок и спать. Такая армия непобедима...
(с) А.Покровский
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Юрий Лукич (---.dialup.primorye.ru)
Дата: 25-04-04 22:47
На самом деле ,господина Покровского не существует.В 1997 году работал в типографии,где и родилось это сборное произведение.Короче , был "неизвестным"автором собран военный фольклер и напечатана сия книжка.Получилось,кажется неплохо,раз даже тут цитируется!!!Приятно вспомнить.Сам читал с удовольствием,многое помню почти наизусть....
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Олег. г. Николаев (217.194.133.---)
Дата: 26-04-04 18:19
Как не существует?!!! Очень даже существует! Он действительно работал в типографии, после был замечен и отпечатан. Да он и сам не скрывает, что все рассказы собраны из рассказов друзей, знакомых, знакомых друзей, и родственников друзй знакомых :) Есть еще книга "Расстрелять 2", "Бегемот", "72 метра". К великому сожалению на Украине найтии в книжной торговле НЕ РЕАЛЬНО! Есть один зачитанный до дыр вариант, им и наслаждаемся
:)
Лукич, а помните вот это:
Фрейлина двора
Лий-ти-нант! Вы у меня будете заглядывать в жерло каждому матросу!
Командир - лысоватый, седоватый, с глазами навыкате - уставился на только что представившегося ему, “по случаю дальнейшего прохождения”, лейтенанта-медика - в парадной тужурке, - только что прибывшего
служить из Медицинской академии. Вокруг - пирс, экипаж, лодка. От такого приветствия лейтенант онемел. Столбовой интеллигент: прабабка фрейлина двора; дедушка - академик вместе с Курчатовым; бабушка - академик вместе с Александровым; папа - академик вместе с мамой; тетка - профессор и действительный член, еще одна тетка – почетный член! И все пожизненно в Британском географическом обществе! Хорошо, что командир ничего не знал про фрейлину двора, а то б не обошлось без командирских умозаключений относительно средств ее существования.
Вы гов-но, лейтенант! - продекламировал командир. - Повторите! -
Лейтенант - как обухом по голове - повторил и - Вы говно, лейтенант, повторите! - и лейтенант опять повторил. - И вы останетесь гов-ном до тех пор, пока не сдадите на допуск к самостоятельному управлению отсеком. Пи-ро-го-вым вы не будете. Мне нужен офицер, а не клистирная труба! Командир отсека - а не давящий клопов медик! Вы научитесь ползать, лейтенант! Ни-каких сходов на берег! Жену отправить в Ленинград. Жить на железе. На же-ле-зе! Все! А теперь поздравляю вас со срочным погружением в задницу!
- Внимание личного состава! - обратился командир к строю. - В наши стройные ряды вливается еще один... обманутый на всю оставшуюся жизнь. Пе-ре-д вами наша ме-ди-ци-на!!! Офицеры, мичмана и матросы изобразили гомерический хохот. Командир еще что-то говорил, прерываемый хохотом масс, а лейтенант отключился. Он стоял и пробовал как-то улыбаться. Под музыку можно грезить. Под музыку командирского голоса, вылетающего, как ни странно, из командирского рта, лейтенанту грезились поля навозные. Молодой лейтенант на флоте беззащитен. Это моллюск, у которого не отросла раковина. Он или погибает, или она у него отрастает. “Офицерская честь” - павший афоризм, а слова “человеческое достоинство” - вызывают у офицеров дикий хохот, так смеются пьяные проститутки, когда с ними вдруг говорят о любви.
Лейтенант-медик, рафинированный интеллигент, - его шесть лет учили, все это происходило на “вы”, интернатура, полный дом академиков, - решил покончить с собой - пошел и наглотался таблеток. Еле откачали.
Командира вызвали к комдиву и на парткомиссию. - Ты чего это... старый, облупленный, седоватый, облезлый, лупоглазый козел, лейтенантов истребляешь? Совсем нюх потерял? - сказал ему комдив. То же самое, только в несколько более плоской форме, ему сказали на парткомиссии и влепили выговор. Там же он узнал про чувство собственного достоинства у лейтенанта, про академиков, Британское географическое общество и фрейлину двора. Командир вылетел с парткомиссии бешеный. - Где этот наш недолизанный лейтенант? У них благородное происхождение! Дайте мне его, я его долижу! И обстоятельства позволили ему долизать лейтенанта. - Лий-ти-нант, к такой-то матери, - сказал командир по слогам, - имея бабушку, про-с-ти-ту-т-ку двора Ее Величества и британских географических членов со связями в белой эмиграции, нужно быть по-л-ны-м и-ди-о-то-м, чтобы попасть на флот! Флот у нас - рабоче-крестьянский! А подводный - тем более. И служить здесь должны рабоче-крестьяне. Великие дети здесь не служат. Срочные погружения не для элиты! Вас обидели? Запомните, лейтенант! Вам за все заплачено! Деньгами! Продано, лейтенант, продано. Обманули и продали. И ничего тут девочку изображать. Поздно. Офицер, как ра-бы-ня на помосте, может рыдать на весь базар - никто не услышит. Так что ползать вы у меня будете!
Лейтенант пошел и повесился. Его успели снять и привести в чувство. Командира вызвали и вставили ему стержень от земли до неба. - А-а-а, заорал командир, - х-х-х, так!!! - и помчался доставать лейтенанта. Почему вы не повесились, лейтенант? Я спрашиваю, почему? Вы же должны были повеситься? Я должен был прийти, а вы должны были уже висеть! Ах, мы не умеем, нас не научили, бабушки-академики, сифилитики с кибернетиками. Не умеете вешаться - не мусольте шею! А уж если приспичило, то это надо делать не на моем экипаже, чтоб не портить мне показатели соцсоревнования и атмосферу охватившего нас внезапно всеобщего подъема! ВОН ОТСЮДА! Лейтенант прослужил на флоте ровно семь дней! Вмешалась прабабушка - фрейлина двора, со связями в белой эмиграции, Британское географическое общество, со всеми своими членами; напряглись академики, - и он улетел в Ленинград... к такой-то матери...
С уважением
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Олег. г. Николаев (217.194.133.---)
Дата: 26-04-04 18:36
Не могу удержаться :)
ВОт еще:
Пардон
Этого кота почему-то нарекли Пардоном. Это был страшный серый котище
самого бандитского вида, настоящее украшение помойки. Когда он лежал
на теплон палубе, в его зеленых глазах сонно дремала вся его
беспутная жизнь. На тралец его затащили матросы. Ему вменялось в
обязанность обнуление крысиного поголовья. - Смотри, сука, -
пригрозили ему, - не будешь крыс ловить, за яйца повесим, а пока
считай, что у тебя пошел курс молодого бойца. В ту же ночь по кораблю
пронесся дикий визг. Повыскакивали кто в чем: в офицерском коридоре
Пардон волок за шкирку визжащую и извивающуюся крысу, почти такую же
громадную, как и он сам, - отрабатывал оказанное ему высокое доверие.
На виду у всех он задавил ее и сожрал вместе со всеми потрохами,
после чего, раздувшись как шар, рыгая, икая и облизываясь, он важно
продефилировал, перевалился через комингс и, волоча подгибающиеся
задние ноги и хвост, выполз на верхнюю палубу подышать свежим морским
воздухом, наверное только для того, чтобы усилить в себе обменные
процессы. - Молодец, Пардон! - сказали все и отправились досыпать.
Неделю длилась эта кровавая баня: визг, писк, топот убегающих ног,
крики и кровь наполняли теперь - матросские ночи, а кровавые следы на
палубе вызывали у приборщиков такое восхищение, что Пардону прощалось
отдельные мелочи жизии. Пардона на корабле очень зауважали, даже
командир разрешил ему : появляться на мостике, где Пардон появлялся
регулярно, повадившись храпеть в святое для корабля время утреннего
распорядка. Он стал еще шире и лишь лениво отбегал в сторону при
встрече с минером. Есть мнение, что минные офицеры - это флотское
отродье с идиотскими шутками. Они могут вставить коту в зад
детонатор, поджечь его и ждать, пока он не взорвется (детонатор,
естественно). Есть подозрение, что минные офицеры - это то, к чему
приводит офицера на флоте безотцовщина. Минер - это сучье вымя,
короче. Пардон чувствовал подлое племя на расстоянии. - Ну, кош-шара!
всегда восхищался минер, пытаясь ухватить кота, но тот ускользал с
ловкостью мангусты. - Ну, сукин кот, попадешься! - веселился минер.
“Как же, держи в обе руки” - казалось, говорил Пардон, брезгливо
встряхивая лапами на безопасном расстоянии. Дни шли за днями. Пардон
ловко уворачивался от минера, давил крыс и сжирал их с исключительным
проворством, за что любовь к нему все возрастала. Однако через месяц
процесс истребления крыс достиг своего насыщения, а еще через
какое-то время Пардон удивил население корабля тем, что интерес его к
крысам как бы совсем ослабел, и они снова беспрепятственно забродили
по кораблю. Дело в том, что, преследуя крыс, Пардон вышел на
провизионку. И все. Боец пал. Погиб. Его, как и всякую выдающуюся
личность, сгубило изобилие. Его ошеломила эта генеральная репетиция
рая небесного. Он зажил, как у Христа под левой грудью, и вскоре
выражением своей обвислой рожи стал удивительно напоминать
интенданта. Пардон попадал в провизионку через дырищу за обшивкой. Со
всей страстью неприкаянной души помоечного бродяги он привязался к
фантастическим кускам сливочного масла, связкам колбас полукопченых и
к сметане. Крысы вызывали теперь в нем такое же неприкрытое
отвращение, какое они вызывают у любого мыслящего существа. Вскоре
бдительность его притупилась, и Пардон попался. Поймал его кок.
Пардона повесили за хвост. Он орал, махал лапами и выл что-то сквозь
зубы, очень похожее на “мать вашу!”. Его спас механик. Он отцепил
кота и площадно изругал матросов, назвал их садистами, сволочами,
выродками, скотами, “бородавками маминой писи”, ублюдками и суками. -
Отныне, - сказал он напоследок, - это бедное животное будет жить в
моей каюте. Пардон был настолько умен, что без всяких проволочек тут
же превратился в “бедное животное”. Свое непосредственное начальство
он теперь приветствовал распушенным хвостом, мурлыкал и лез на колени
целоваться. Механик, бедный старый индюк, впадал в детство, сюсюкал,
пускал сентиментальные пузыри и заявлял в кают-компании, что
теперь-то уж он точно знает, зачем на земле живут коты и кошки: они
живут, ч; об дарить человеку его доброту. Идиллия длилась недолго,
она оборвалась с выходом в море на самом интересном месте. С первой
же полной стало ясно, что Пардон укачивается до безумия. Как только
корабль подняло вверх и ухнуло вниз, Пардон понял, что его убивают.
Дикий, взъерошенный, он метался по каюте механика, прыгал на диван,
на койку, на занавески, умудряясь ударяться при этом об подполок, об
стол, об пол и орать не переставая. Останавливался он только затем,
чтоб, расставив лапы, блевануть куда-нибудь в угол с пуповинным
надрывом, и потом его вскоре понесло изо всех дыр, отчего он носился,
подскакивая от струй реактивных. В разложенный на столе ЖБП - журнал
боевой подготовки - он запросто нагадил, пролетая мимо. От страха и
одиночества мечущийся Пардон выл, как издыхающая гиена. Наконец дверь
открылась, и в этот разгром вошел мех. Мех обомлел. Застыл и стал
синим. Несчастный кот с плачем бросился ему на грудь за спасением,
мех отшвырнул его и ринулся к ЖБП. Было поздно. - Пятимесячный труд!
зарыдал он, как дитя, обнимая свое теоретическое наследие,
изгаженное при- цельным калометанием. - Пятимесячный труд! Пардон
понял, что в этом человеке он ошибся: в нем сострадания не
наблюдалось; и еще он понял, что его, Пардона, сейчас будут бить с
риском для жизни кошачьей, - после этого он перестал укачиваться. Мех
схватил аварийный клин и с криком “Убью гада!” помчался за котом. За
десять минут они доломали в каюте все, что в ней еще оставалось,
потом Пардон вылетел в иллюминатор, упал за борт и сильными рывками
поплыл в волнах к берегу так быстро, будто в той прошлой помоечной
жизни он только и делал, что плавал в шторм. Мех высунулся с клином в
иллюминатор, махал им и орал: - Вы-д-ра-а-а!!! У-бь-ю-ю-ю! Все равно
най-ду-у! Кок-ну-у! До берега Пардон доплыл.
P.S. Если кому интересно, у меня есть почти вся книга в цифре. Могу отослать.
С уважением,
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Энди Крым (---.128.prov.ru)
Дата: 26-04-04 23:46
А давайте попросим Ивана разместить на сайте этот шедевр.
Иван Георгиевич, какое украшение сайта! Вау аж дух захватывает!
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Олег. г. Николаев (217.194.133.---)
Дата: 26-04-04 23:51
А вот еще:
Это вооще писец!
Ну, канесна!
Центральный пост. Народу полно. Дежурный по кораблю, вахта, кто-то постоянно заходит-выходит. По центральному без дела шляется старпом. Вид у него задумчивый - будто инопланетяне посетили. Внезапно дежурному захотелось поменять портупею; висюльки перетерлись давным-давно - того и гляди, пистоль уронишь, ныряй за ним потом в трюм. Дежурный вытаскивает пистолет, кладет его перед собой и, нагнувшись, лезет под стол, в сейф: там портупеи. Старпом подходит, берет пистолет, передергивает, вытаскивает обойму и ищет в центральном мишень, находит одного разгильдяя, целит в него и говорит: - Петров, кутина мама, вот шлепнул бы тебя на месте, не глядя, вот, была бы моя воля, кокнул бы. С этими словами старпом отводит пистолет в сторону и нажимает. Выстрел! Пуля начинает гулять по центральному: вжик, вжик - и уходит в обшивку. Все сразу на полу с влажнеющими штанами. Стоймя один старпом. Он просто затвердел. Выстрел для него полнейшая неожиданность: он не может постичь, он же выдернул обойму! То, что он сначала передернул, а потом выдернул, до него не доходит. - Где “артиллерист”?!! - орет он, приходя в себя. “Артиллерист” - командир БЧ-2 - уже здесь, прибежал на выстрел. Старпом ему: - Почему у вас пистолет стреляет?!! Командир БЧ-2, все сразу поняв, но с природным дефектом дикции: - Хы-ы, “у вас”, ну, канесна, теперь Бе-Те-два, канесна! Сами передергивают орузие, а теперь Бе-Те-два, канесна! - Кус-ков! Едрена корень! Я вас не спрашиваю! Я спрашиваю: почему пистолет стреляет?! - Ну, канесна, теперь - Кусков, теперь, канесна! Как орузие передергивать, так меня не пригласили, а теперь - -канесна! По-игра-али они-и... наигрались. Кусков! Бляха муха! Я вам что? Я вас не спрашиваю! Я вас спрашиваю: почему... - Ну-у, канес-сна! Те-пе-рь, канес-сна! Спасибо, сто не кокнули никого, а то б тозе был - Кус-ков! - К у с к о в ! Маму в клочья!!! Я! Вам! Говорю! Я вас не спрашиваю! Я вас спрашиваю! - Ну-у, канес-сна! - Кусков!!! - визжит старпом, из него брызжет слюной. - КУСКОВ!!! К У С К О В!!! - визжит он и топает ногами,- КУСКОВ!!! КУСКОВ!!! Больше он ничего сказать не может: замкнуло на корпус. Кускову объявили строгий выговор.
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: OldFox (---.ukr.net)
Дата: 27-04-04 16:52
С утра, для поднятия настроения:))))
ОЙ, МАМА!
Отрабатывалась торпедная стрельба. Подводный ракетно-ядерный крейсер метался в окружении сейнеров. Сейнеры были начеку: гигант мог и придавить; а когда гиганту пришла пора сделать залп, он его сделал, спу-тав сейнер с кораблями охранения.
Вдруг всем стало не до рыбы. Торпеды выбрали самый жирный сейнер и помчались за ним. Сейнер, задрав нос, удирал от них во все лопатки.
— Мама, мамочка, мама!!! — передавал радист вместо криков «SOS».
— Он что там, очумел, что ли? — интересовались в центре и упрямо вызывали сейнер на связь.
— Самый полный вперед, сети долой!!! — кричал сразу осевшим голосом капитан. Его крик далеко разносился над морской гладью, и казалось, это кричит сам сейнер, удиравший грациозными прыжками газели Томпсона. За ним гнались две учебные торпеды, отмечавшие свой славный путь маленькими ракетками.
— Иду на «вы»! — означало это на торпедном языке. На мостике это понимали и так, а когда до винтов
оставалось метра полтора, обитатели мостика, исключая капитана, вяло обмочились.
Капитан давно уже стоял, крепко упершись в палубу широко разбросанными ногами. Капитан ждал.
Только мотористы, скрытые в грохочущем чреве, были спокойны. Лошадям все равно, кто там сверху и как там сверху; и чего орать — добавить так добавить, был бы приказ, а там хоть все развались.
— А что потом? — вероятно, все же спросите вы.
- А ничего, - отвечаем Вам, - сейнер убежал от торпед.
(с) А.Покровский
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Олег. г. Николаев (217.194.133.---)
Дата: 27-04-04 21:34
Всем желающим отправил Покровского.
А вот еще:
Картина навсегда
В глазах застыла картина навсегда: центральный пост атомного ракетоносца; размеренно и тихо; все по углам; лодка у пирса; послеобеденное время; все переваривают; в едином временном измерении; дремотно. Вдруг в центральный - ни с того ни с сего - влетает старпом и, наклонившись, орет: - Суки! Суки! Суки! Все - суки!!! У-у-у, е-елки! - и убегает. Все застывают. Замирают. Соображают. Думают про себя. Онемело. Остекленело. Минуту, наверное. Наконец, мимо, внося с собой жизнь, проходит вахтенный: он пришел из другого отсека, не присутствовал. Словно подуло. Потихоньку отпускает. Дышится. Движения свободней. Дежурный говорит матросу: - Ты в трюме был? Давай рысью туда. Тот в трюм. Все оживает, восстанавливается и - потекло; размеренно; чинно; послеобеденное время; хорошо; опять все переваривают...
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: вал (---.rmt.ru)
Дата: 27-04-04 21:37
Олег,если не трудно сбрось для меня! 72 метра тока посмотрел.
Спасибо!!!
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Олег. г. Николаев (217.194.133.---)
Дата: 28-04-04 18:04
Вот еще для поднятия настроения!
Сапог и трап
Капитан первого ранга Сапогов (кличка Сапог), хам, пьяница и зам командира дивизии по боевой подготовке, бежал на лодку. Рядом с ним вприпрыжку, еле успевая, бежал ученый из Севастополя. Он был совершенно не подготовлен к тому, что на флоте так носятся.Тяжко дыша и стараясь забежать перед Сапогом, он все пытался заглянуть ему в глаза. Ученый интересовался трапами. Он должен был выдумать такой трап, который был бы настоящим подарком для флота. Для этого он и приехал, чтоб пристально изучить запросы и нужды флота.
Пристально не получалось. Его пристегнули к Сапогу, а тот постоянно куда-то бежал. Вот и сейчас он очень опаздывал, до зуда чесоточного опаздывал.
-А... какой вам нужен трап? - вырывалось из научной груди со столетним хрипом. - Трап? Я ж тебе говорю, легкий, прочный, чтоб усилием шести человек: раз - и в сторону, - бежал вперед пьяница, хам и зам командира дивизии. Времени ни капли, он даже ныл на бегу. С минуту они бежали молча, ученый обсасывал информацию. - Ну, а все-таки? Какие особенности должны быть?.. Как вы считаете? - У кого? У трапа? Ну, ты... я ж тебе говорю: легкий, прочный, чтоб шесть человек с пирса на пирс... “Скорей, скорей, - гнал себя Сапог, вечно в диком цейтноте, - а тут еще наука за штаны цепляется”. Он прибавил темп. Через минуту его нагнал ученый. - Ну, а все-таки, как вы считаете?.. что он должен иметь в первую очередь? - Кто? Трап? Зам командира дивизии, пьяница и хам резко за- тормозил. Природный цвет у него был красный. Рачьи глаза уставились на ученого. Потом он взял его за галстук и придвинулся вплотную. Неожиданно для науки он завизжал: - Кле-па-ный Ку-ли-бин!!! Я тебе что сказал? Легкий, прочный, чтоб шесть человек с разгону его хвать - и на горбяку; и впереди своего визга, вприпрыжку, километрами неслись, радостно жопы задрав. Ты
чего, наука? Вялым Келдышем, что ли, сделан? А? Чего уставился, глист в обмороке? Откуда ты взялся, ящур? Тебе ж сдохнуть пора, а ты все трапы изобретаешь. Присосались к Родине, как кенгурята к сисе. Не оторвешь, пока не порвешь. Облепили, ду-ре-ма-ры... И так далее, и так далее. В направлении уменьшения количества слов, букв и культуры. Сапог остановился, когда культуры совсем не осталось, а букв осталось всего три. Он перевел дух и сложил три буквы в последнее слово, короткое как кукиш. Ученый окаменел. В живом виде он такие слова в свою сторону никогда не слышал. Увидев, что ученый окаменел. Сапог бросил его со словами: “Охмурел окончательно, не обмочился бы” – и убежал на дудящий вовсю пароход. Когда он пришел из автономки, его ждал трап. По нему можно было наладить двустороннее движение. Весил он ровно на тонну больше того, что могут, надорвавшись, поднять шесть человек. - Где этот Кулибин? - завопил Сапог, увидев трап и пнув его с размаху ногой. - Разрубить на куски и Отправить в Севастополь. Откуда это взялось, я спрашиваю, с чьей подачи? Он долго еще мотался по пирсу, а рядом виновато суетился и во все вникал дежурный по дивизии.
С уважением,
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: DZE (---.134.dialup.tmb.ru)
Дата: 29-04-04 06:00
Звиняйте, мыло забыл написать.Вот оно:
dze-forest@yandex.ru
Заранее благодарен!
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: Артур (---.3logic.net)
Дата: 29-04-04 07:54
Олежа, если мона то соседи тоже в очереди.
С уважением
Артур
Херсон
Неман2 Н23 В8мэ
|
|
Ответить на это сообщение
|
|
Автор: OldFox (---.ukr.net)
Дата: 29-04-04 19:07
Опять для настроения:))))))))))))
Чем занимается помощник оперативного бригады ОВРа Кронштадского водного района, если он уже два года как лейтенант, в меру нагл и зовут его Шура Бурденко? Конечно же, он занимается службой.
У Шуры рожа нахальная и любую фразу он начинает так: «Вот когда мы управляли тральщиком...»; а если требуется на ком-нибудь окончательно поставить точку, то следует: «Ну-ка, перестрой-ка мне строй уступа -вправо в строй обратного клина».
По телефону он представляется: «Оперативный!»
А где при этом сам оперативный? При Шуре, который, стоя помощником, по молодости не спит вообще, оперативному дежурному делать нечего. Он либо смотрит телевизор, либо «харю давит», либо жрет, либо гадит с упоением.
Всем в этом мире правит помощник. Все на нем. Тайн в службе для Шуры не существует. Семена романтики в душе его уже взошли чирьякамн, а зад с определенных пор стремительно обрастает ракушками.
Звонок. Звонит оперативный базы. Шура берет трубку и представляется:
— Оперативный!
— Так! Какой у вас дежурный тральщик?
— МТ-785.
— А поменьше есть?
— Есть, рейдовый,'«Корунд».
— Значит так, со стенда кабельного размагничивания буй сорвало, отнесло его к Кроншлоту и бьет о стенку. Разбудил полгорода. Пошлите туда это корыто, пусть его назад отволокут.
— Тык, товарищ капитан второго ранга, двадцать два часа уже, они там пьяные наверняка, может, утром?
— Что?! С кем я разговариваю? Что такое?! Кто пьяный? Вы пьяный?
— Никак нет!
— Тогда в чем дело?! Вы получили приказание? Что ва идиотизм?
— Есть!
— Что «есть»?!
— Есть, послать корыто оттащить буй.
— И доложите потом.
— Есть.
— И приведите себя в порядок!
— Есть.
— Все.
— Есть.
Коз-зел! Шура устало поправил очки и аккуратно опустил на место трубку. Наберут на флот козлов трахомных! Этот оперативный — связист, а связисты — они вообще святые. «Они приказа-али», а ты бегай, как меченый зайчик. Невтерпеж им, видите ли!
Шура взялся за трубку телефона:
— «Корунд», едрена вошь!
— Есть.
— Кто «есть», бугель вам на все рыло?!
— Мичман Орлов!
— Представляться надо, моченая тетя, пьян небосьРГ
— Никак нет! В рабочем состоянии.
— Знаем мы ваши «состояния». Значит так, Орлуха, заводи свой керогаз и струячь к Кроншлоту. Там буй сорвало со стенда кабельного размагничивания. Прибило его к стенке и мочалит его об нее. Со страшной силой. Уши у населения вянут. За ноздрю его и назад к маме! Понял?
— Так точно!
— Давай, пошел. Ноги в руки и доложите потом.
— Есть!
Конечно, Орлуха был в «рабочем состоянии», то бишь — пьян в сиську. Иначе он бы ничего не перепутал. К Кроншлоту он так и не дошел. Он увидел по дороге какой-то беспризорный, как ему померещилось, буй («этот, что ли?»), заарканил его и начал корчевать.
Буй сидит на мертвом якоре. Там еще и бетонная нашлепка имеется, но Орлухе было плевать. При-ка-эа-ли.
Тральщик потужился-потужился — никак. Ах ты! Ор-луха врубился на полную мощность. Его керогаз гору своротит, если потребуется.
И своротил. Буй сопротивлялся секунду-другую, а потом Орлуха его выдернул и проволок его якорем .по новым кабелям стенда кабельного размагничивания. Якорь пахал так, что вода кипела от коротких замыканий. Десять лет стенд ремонтировали и теперь одним махом все свернули в трубочку.
Утром зазвенел телефон. Шура взял трубку:
— Оперативный.
Трубка накалилась и ахнула:
- СУКИМ1 — и дальше вой крокодила. — Сраная ОВРа (ав-ав)! Стая идиотов!... Распушенные кашало-ты!... Задницы вместо голов!,.. Геморрой вместо мозга!.. Давить вас в зародыше!.. Да я вас... Да я вам! (Ав-ав-|в!)
Шура выставил трубку в иллюминатор, чтоб случай-но в уши не попало.
А тот буй, что об Кроншлот ночью било, так и разбило, и он тихо булькнул.
|
|
Ответить на это сообщение
|
|